Иран вводит ограничения на торговлю криптовалютами после взлома Nobitex — что это значит для рынка?
Власти Ирана резко ужесточили правила торговли цифровыми активами после масштабной хакерской атаки на ведущую биржу Nobitex. Новые ограничения вступают в силу немедленно — и могут стать серьёзным ударом по ликвидности в регионе.
Крипторынок в шоке: регуляторы снова выбрали путь запретов вместо защиты инвесторов. Теперь трейдеры вынуждены работать в узких временных рамках — идеальные условия для панических продаж и искусственной волатильности.
Финансовые чиновники, кажется, усвоили только один урок из истории криптовалют: когда сомневаешься — просто запрети. Тем временем хакеры празднуют новую победу над традиционной системой.
This morning, Nobitex — Iran’s largest cryptocurrency exchange — suffered a significant hack. Elliptic has identified over $90 million in cryptoassets moved from Nobitex wallets to addresses… pic.twitter.com/or2bdcELuU— Elliptic (@elliptic) June 18, 2025
Некоторые из адресов содержали оскорбления в адрес Корпуса стражей Исламской революции (IRGC), что лишь подчеркивает политический характер атаки.
«Эти действия не имели коммерческой цели, а были частью кибервойны», — сообщили аналитики Chainalysis.
Они добавили, что атака вписывается в общий шаблон киберопераций, которые совпадают с ростом напряженности между Израилем и Ираном.
Эксперты отметили, что Иран уже не впервые использует криптовалюты для обхода международных санкций, и платформы, такие как Nobitex, играют критическую роль в этой теневой финансовой инфраструктуре. Впрочем, повышенная зависимость от цифровых активов делает Иран чрезвычайно уязвимым в кибервойнах.
Несмотря на введение ограничений на ночную торговлю, в команде Chainalysis считают, что такие шаги не смогут полностью обезопасить Иран от подобных инцидентов в будущем. Однако они свидетельствуют о растущей тревоге Тегерана по защите цифровой экономики, которая стала жизненно необходимой в условиях изоляции.
Ранее мы писали, что государственные служащие IRGC были участниками криптомошенничества на сумму, превысившую $21 млн.